Саймон Грин 
Как ваше ничего

Темная Сторона – 

«Tales from the Nightside»: Ace; New York; 2016
ISBN 978-0425270769
Саймон Грин
Как ваше ничего?

Нелегко вести сексуальную жизнь, когда ты мёртв.

• • •

Я сидел за барной стойкой в “Странных Парнях”, старейшем пабе мира, ночном клубе и сверхъестественной питейной дыре, курил, пил и глотал свои специальные пилюли… Пытаясь почувствовать хоть что-то, хоть что-нибудь. Мне не нужно пить или есть, так же как и дышать, но я люблю притворяться. Так легче переносить смерть.
Без моих специальных пилюль и зелий я почти ничего не чувствую. И даже с пилюлями меня пробивают только самые экстремальные ощущения.
Я пил самый дорогой бренди: “Наполеон”, курил толстую турецкую сигару с опиумом, и всё равно, всё, что я чувствовал, - это едва заметные тени ощущений, всполохи удовольствия, вспыхивающие на короткое время во рту, подобно гаснущим звёздам. Я уже принял последние пилюли, и моё тело снова отключалось.
Я посмотрел на себя в длинное зеркало за барной стойкой, и в нём отразился Мёртвый Мальчик, он смотрел на меня.
Высокий и по-юношески худощавый, закутанный в плотный, тёмно-фиолетовый плащ с чёрной розой на лацкане, поверх чёрных кожаных брюк и сапог из телячьей кожи; плащ нараспашку, и под ним - бледно-серый торс, испещрённый пулевыми отверстиями, старыми рубцами и другими накопившимися повреждениями. Включая Y-образный шрам от вскрытия. Швы, скобы, суперклей и ярды чёрной клейкой ленты удерживали это всё вместе, и большая широкополая шляпа, нахлобученная на густые, вьющиеся чёрные волосы. Бледное лицо, тёмные глаза с лихорадочным блеском и бледные губы сомкнутые в узкую, мрачную линию.
Мёртвый Мальчик.
Я приподнял бутылку бренди, в тосте за себя. Я люблю бренди. Это то, что нужно. Вместе с пилюлями-стимуляторами, я могу почти напиться, и, конечно, мне не нужно беспокоиться о похмелье. Я потакаю своим чувствам настолько, насколько могу, из страха остаться без их. Иногда я задумываюсь, не начнут ли угасать и мои человеческие эмоции, если я буду редко их испытывать. Я могу быть мёртв; но в старой тушке всё ещё есть жизнь.
Я прислонился спиной к неполированной деревянной барной стойке и огляделся вокруг. Зал был переполнен, и толпа зажигала. Здесь собирается всевозможное отребье Тёмной Стороны, этого тёмного - волшебного сердца Лондона, люди ночи приходят сюда поиграть. Потерянные души и одинокие мечтатели, боги и чудовища, золотые мальчики и девочки с горячей кровью, все они страстно стремятся к удовольствиям, у которых, возможно, нет названия, но, безусловно, есть цена.
Казалось, в ту ночь повсюду были влюблённые, и я смотрел на них и элементарно им завидовал, ревнуя к повседневным радостям, которые я никогда не смогу испытать. Молодой человек сидел, счастливо улыбаясь, в то время как женщина-вампир жадно вгрызалась в то во что она превратила его шею. Если бы он мог видеть её сквозь призму гламура, видеть её так, как вижу её я, он бы не улыбался так непринуждённо. Любой вампир - это просто труп, что прорыл себе путь из могилы, чтобы полакомиться живыми.
Неподалеку парочка мужеподобных упыриц - лесбиянок в кожаном бандаже-снаряжении: о-ля-ля… Захер-Садо-Мазох исступлённо рычали друг на друга над шведским столом из пальцев и игриво щёлкали друг у друга перед мордами своими острыми-преострыми зубами.
Две ундины-лесбиянки пили друг друга через соломинки и хихикали, когда уровень воды поднимался и опускался. А самая обычная молодая пара новоявленных Туристов поглощала из бокала что-то весьма дорогое через две соломинки в форме сердца, они потерялись в глазах друг у друга.
Молодая любовь, на Тёмной Стороне… Я хотел прикрикнуть на них, сказать им: делайте хоть что-то, делайте всё.., пока вы ещё можете. Потому что в любой момент любой из вас может быть похищен. Тогда для всего этого будет слишком поздно.
В стороне мой взгляд упал на полицейского - частника, работающего по найму, всё ещё одетого в свою аляповатую униформу. Огромный и коренастый, он явно использовал поддельный экстракт Хайда, чтобы нарастить мускулы. Он хорошо проводил время, и на повышенных тонах разговаривал со своей девушкой, стройной, светловолосой, самоуверенной, деловой девушкой из высшего общества. Наконец она решительно покачала головой, и Хайд дал ей пощёчину. Удар был несильным, но более чем достаточным, чтобы её голова резко повернулась, а из её рта и носа хлынула кровь.
Хайд посмотрел вокруг, высматривая того, кто посмеет хоть как-то возразить, а затем его взгляд упал на меня.
- На что ты смотришь, мертвячья рожа?
Я не собирался вмешиваться. Действительно не собирался. Но всему есть предел. Я встал и подошёл к его столику. Люди и другие поспешили убраться с моего пути, и в баре воцарилась тишина. Почти сразу за этим последовал нетерпеливый гул, когда все начали делать ставки.
Хайд беспокойно огляделся вокруг. Он был здесь новичком. Но ему всё равно стоило бы как следует пораскинуть мозгами. Я навис над Хайдом и медленно ему улыбался.
- Извинись. Скажи, что тебе жаль. Просто скажи это. И ты сможет уйти.
Хайд вскочил на ноги. Он был большим и от того неловким. Он прорычал мне какую-то бессмысленную непристойность и ударил меня по голове.
Удар был очень тяжёлым, но не настолько, чтобы сдвинуть мою голову больше чем на дюйм. Раздался звук, похожий на удар кулаком по кирпичной стене, и Хайд вскрикнул от удивления, так как поранил руку. Я усмехнулся ему.
- Тебе придётся придумать что-нибудь получше, если ты хочешь, чтобы я хоть что-то почувствовал.
Хайд бросился на меня, он снова и снова наносил удары кулаками - кувалдами. Я позволил ему некоторое время делать это, чтобы проверить, сможет ли он причинить мне боль. Когда ты мёртв, одно ощущение ничем не хуже другого. Но действие пилюль проходило, удары были для меня так же далеки, как и издаваемые ими звуки, и вскоре мне это наскучило.
Тогда я ударил его своими мёртвыми руками с силой мертвеца, и он закричал. Его кости ломались, плоть рвалась, и кровь густо летела в наполненный дымом воздух. Мы сновали туда-сюда между соседними столиками, и после нас завязывались новые драки. С криками: “Ты пролил мою выпивку!” и “Ты дышишь моим воздухом!” Завсегдатаи бара с энтузиазмом мутузили друг с друга.
Стулья и тела летали по воздуху, по всему бару: “Странные Парни” раздавались радостные звуки потасовок, народ сбрасывал напряжение.
А позади меня я слышал, как девушка Хайд кричала мне: Пожалуйста! Не трогайте его! Что было типично.
Хайд безвольно повис на моих окровавленных руках. Я потряс его несколько раз, чтобы проверить, осталась ли в нём жизнь, но потом потерял интерес.
Я небрежно опустил его на пол и вернулся на своё место у барной стойки. Деловая женщина, плача, склонилась над изуродованным Хайдом. Не всем людям можно помочь. Драка в баре продолжалась без меня. Мне было всё равно. Трудно испытывать энтузиазм, когда ты не можешь почувствовать боль или получить настоящий урон.
Я выпил ещё немного бренди, и с таким же успехом это могла быть вода из-под крана. Я глубоко втянул сигарный дым в лёгкие, но всё зря.
Эффект от пилюль никогда не длится долго. Именно поэтому я всегда стараюсь наслаждаться тем, чем могу и когда могу. Я уже собирался уходить, когда Уокер, небрежно прогуливаясь по бару, направился ко мне.
Уокер, в своём элегантном городском костюме и галстуке Старой Школы, в шляпе-котелке и с зачехлённым зонтиком. Голос Властей, этих серых фигур закулисья, тех, что управляют Тёмной Стороной, поскольку кто-то должен это делать.
Уокер легко перемещался между схватками, и ни одна рука не приблизилась к нему, чтобы коснуться. Даже в пылу схватки у всех присутствующих хватило здравого смысла не расстраивать Уокера.
Он подошёл ко мне и мимолётно улыбнулся; и если бы моё сердце могло ухнуть, оно бы ухнуло. Когда Уокер проявляет к вам интерес, это всегда означает неприятности.
- Мёртвый Мальчик, - совершенно спокойно сказал он. - Как это похоже на вас… Вы ничуть не изменились с тех пор, как вас убили, здесь, на Тёмной Стороне, более тридцати лет назад.
Всего семнадцать лет, и уже ограблен на улице из-за кредитных карточек и мелочёвки в карманах. Оставили истекать кровью в канаве, и никто даже не остановился посмотреть; но на то это и Тёмная Сторона. Весьма прискорбно.
- Кроме того, вы заключили сделку, чтобы вернуться из мёртвых и отомстить за своё убийство. Вы никогда не говорили, с кем именно вы заключили эту сделку… Это был не Дьявол. Я бы знал. Но в любом случае, вы должны были прочитать мелкий шрифт. Вы поднялись с поддона для вскрытия и вышли в ночь, выследили и прикончили своих убийц. Весьма неаккуратно, как я слышал. Пока всё шло хорошо; но в вашем договоре не было ничего о том, что после этого вы сможете снова лечь в землю. Вы оказались заперты в собственном мёртвом теле. И так продолжается уже более тридцати лет. Я пропустил что-то важное?
Уокер очень любит показуху. Он знает всё, или, по крайней мере, всё, что имеет значение. На самом деле, я думаю, что это часть его должностных обязанностей.
- Я убил тех, кто убил меня, - сказал я. - Они не восстали. И после всех ужасных вещей, которые я сделал с ними, прежде чем позволил им умереть, Ад, должно быть, принёс им облегчение.
- Весьма вероятно, - сказал Уокер. За исключением того, что они не были обычными грабителями… Ваша смерть не была случайностью. Кто-то заплатил этой тройке молодых головорезов, чтобы они убили вас. Он снова на мгновение улыбнулся. - Вам бы стоило потратить время на то, чтобы расспросить их, прежде чем убить.
Я просто уставился на него. Мне даже в голову не приходило, что в моей смерти было что-то большее, чем, то, что я оказался в неподходящем месте в неподходящее время…
- Кто? - спросил я, и мой голос прозвучал более чем холодно, даже для меня. - Кто нанял их, чтобы убить меня?
- Человек по фамилии Краусс, - сказал Уокер. - В те времена он был главарём головорезов. Вы найдете его в Литературном Аукционном Доме, прямо сейчас. Если вы поторопитесь.
- Почему? - спросил я. - Почему кто-то хотел моей смерти? Тогда я был никем.
- Если вы поторопитесь, сможете спросить его, - сказал Уокер.
- Зачем вы мне это рассказываете? - спросил я его, с искренним любопытством.
Он снова одарил меня своей мгновенной, ничего не значащей улыбкой. - Вы будете мне должны. Он наклонил шляпу-котелок в мою сторону, отвернулся и посмотрел на массу грузных, дерущихся тел перед собой, они преграждали ему путь к выходу. Теперь все они были увлечены этим, слишком сосредоточены на уничтожении врага, чтобы обращать внимание на Уокера. Поэтому он возвысил Голос и Сказал: “Прекратите это”. “Немедленно”.
И они сделали это. Власти дали Уокеру Голос безусловного подчинения. Есть люди, которые говорят, что однажды он заставил труп сесть на поддоне для вскрытия, чтобы ответить на его вопросы.
Все стояли очень тихо, когда Уокер неторопливо прошёл мимо них к выходу. А потом все огляделись и попытались вспомнить, в чём собственно проблема?
Я сидел в баре, размышляя о природе своего мёртвого существования и о своём прошлом. Моё мёртвое существование длится гораздо дольше, чем я успел пожить, и мне становилось всё труднее вспоминать, каково это - быть живым. Иметь планы на будущее, вместо того, чтобы заниматься повседневными делами, убивая время. Неужели уже более тридцати лет никто не произносил и даже не знал моего настоящего имени?
Тридцать лет быть Мёртвым Мальчиком? Я не предпринимал никаких попыток связаться со своей семьёй или друзьями. Это было бы нечестно по отношению к ним. Они все думали, что я умер, ушёл, но они были правы лишь наполовину. Я пришёл на Тёмную Сторону в поисках некой альтернативы; и я нашел это, о да.
Мне трудно что-то ощущать, будучи мёртвым… Но если правильно сочетать эти удивительные пилюли - снадобья, которые специально для меня готовит эта потрясающая старуха, Матушка Макабр, ведьма вуду, то, мои мёртвые рецепторы можно обмануть, и ощутить все сладостные моменты жизни.
Я могу пробовать самую острую пищу и наслаждаться самыми изысканными винами, и оседлать молнию (присесть на электрический стул) - сильнейших наркотиков, и всё это без последний.
У меня даже есть подружка.
Я все ещё испытываю эмоции. Иногда. Когда мне выпадает случай их испытать, эмоции заставляют меня чувствовать себя более живым. Хорошие или Плохие - всё едино.
Я смакую их все, по мере возможности. И месть за старые обиды по-прежнему занимает первое место в списке вещей, которые заставляют меня ощущать всю полноту жизни.
В баре играла музыка, теперь вновь ясно различимая, ведь звуки мордобоя стихли, но для меня это был всего лишь шум. Я больше не могу ценить музыку, и я скучал по ней.
Я должен задаться вопросом, что ещё я потерял, и даже не заметил этого. Я не бреюсь, не стригу ногти и волосы. Я слышал, что они продолжают расти после смерти, но оказалось, что это не так.
Я ношу яркую одежду, чтобы компенсировать свой мёртвый вид, и грубо себя веду, потому что утратил всю свою утончённость. Я всё ещё трепыхаюсь, хотя часто задаюсь вопросом, чего ради.

• • •

Я вышел из бара, беззаботно и спокойно пройдя сквозь всё ещё раздражённую толпу. Все давали мне достаточно места и многие осеняли себя крестным знамением и иными символами, чтобы отогнать зло…
Я стараюсь быть компанейским, но мои навыки общения с людьми уже не те что были раньше. Я вышел на улицу, и там меня ждал мой собственный яркий, сверкающий и чрезвычайно футуристический автомобиль.
Длинная, гладкая, стальная серебряная пуля, парящая над землёй на мощных энергетических полях, потому, что она была слишком грандиозна, чтобы беспокоиться о таких старомодных вещах, как колёса или гравитация.
Дверь открылась, и я влез. Я сообщил место назначения, и машина плавно отъехала от обочины. Я опустился на своё место. Я знал, что лучше не трогать руль. Моя машина всегда знает, куда едет. Я открыл бардачок и с надеждой покопался в нём. И конечно, осталась одна специальная пилюля. Уродливая, бутылочно-зелёная штука, которая оставила бледный след на моих бледно-серых кончиках пальцев. Я запил её несколькими глотками водки из бутылки, которую всегда держу под рукой. Я люблю водку. Она делает своё дело. Мои мёртвые вкусовые рецепторы почти сразу заработали и затрепетали, и я открыл пачку «Хобнобса». Я засунул шоколадное печенье в рот и тщательно прожевал, ощутил густой шоколадный вкус и волна тепла прошла по моему телу.
- Итак, Сил, - сказал я, рассыпая крошки в воздухе. - Как дела?
- Всё идёт гладко, милый, - сказала Сил. Искусственный интеллект моего автомобиля обладает бархатисто - прокуренным голосом весьма сексуальной женщины. Я никогда от него не устану. Она попала на Тёмную Сторону через Временной Сдвиг, проделав путь из двадцать третьего века. Она нашла и приняла меня, и с тех пор мы вместе. Мы влюблены. Моя возлюбленная, - Машина. Здесь на Тёмной Стороне. Больше никто не знает; она всегда говорит только со мной.
- Тебе не стоит проводить столько времени в барах, милый, - сказала Сил. - Вся эта выпивка и размышления; это не принесёт тебе никакой пользы, ни телесной, ни духовной. Особенно когда я не с тобой.
- Я люблю батончики, - сказал я, добивая пачку печенья и бросая пустую обёртку на заднее сиденье. - В барах есть еда и напитки, атмосфера и обстановка, плохая компания и хорошие связи… Они помогают мне чувствовать себя живым, частью тусовки. И там можно ничего не делать. Я работаю только для того, чтобы чем-то себя занять. Чтобы не размышлять о горькой несправедливости моего положения.
- Ты не должен сдаваться, - сказала Сил. - Ты должен продолжать искать. Должен быть способ разорвать сделку и жить новой жизнью. Это же Тёмная Сторона, в конце концов. Здесь мечты могут стать реальностью.
- Особенно плохие, - уточнил я. - Что если.., Всё, что я найду, - как наконец стать абсолютно мёртвым?
- Это то, чего ты хочешь? - спросила Сил.
- Я так давно не отдыхал, - сказал я. - Я уже забыл, что такое сон, но всё равно скучаю по нему. Существование, - это требует таких усилий… Иногда я думаю о том, как было бы хорошо, иметь возможность сложить с себя бремя моего дальнейшего существования… Если бы это было то единственное, что я смогу найти, ты могла бы меня отпустить?
- Если ты этого хочешь, - сказала Сил. - Если это то, что тебе нужно. Тогда да, я могу. Вот что такое любовь.
Я воспрянул духом, когда Сил вклинилась в основной поток транспорта. Всевозможные автомобили и другие транспортные средства, из прошлого, настоящего и всевозможных вариантов будущего, бесконечно сновали туда-сюда по Тёмной Стороне, никогда не замедляясь и не останавливаясь, занимаясь своими непостижимыми делами.
Я один из немногих, кому нравится пробиваться через смертоносный и агрессивный трафик Тёмной Стороны, потому что мы уверены, - мы с Сил всегда самые смертоносные и агрессивные существа на дороге.
Мимо пронёсся красный “Плимут Фьюри”, за рулём которого ухмылялся покойник. За ним проследовал катафалк с двумя мужчинами в официальных костюмах и шляпах, которые изо всех сил пытались что-то запихнуть в гроб.
Нечто со слишком большим количеством хрома и гипертрофированно массивными хвостовыми плавниками, а также высокорадиоактивной форсажной камерой, со злобным остервенением продвигалось сквозь медленно движущийся транспорт, иногда наезжая на более мелкие автомобили, которые не успевали достаточно быстро убраться с его дороги.
И что-то, что яростно сверкало неестественно ярким светом, мелькало в потоке машин с невероятной скоростью, смеясь, визжа и разбрасывая разноцветные искры.
Пока я наблюдал за этим, позади Сил остановился огромный грузовик, и пристроился прямо ей в хвост. Она обратила на это моё внимание, и я посмотрел в зеркало заднего вида как раз вовремя, чтобы увидеть, как вся передняя часть грузовика раскрывается, как огромная пасть, полная рядов вращающихся зубов, подобно живой мясорубке.
Грузовик рванулся вперёд, пасть раскрывалась всё шире и шире, чтобы втянуть Сил внутрь и поглотить её. А с ней и меня.
Сил подождала, пока грузовик окажется прямо за нами, и выпалила из своих огнемётов, установленных сзади. Великолепная волна резкого жёлтого пламени охватила грузовик, заполнила его зияющую пасть. Весь грузовик вспыхнул в одно мгновение, огромное пламя взметнулось в ночное небо.
Грузовик ужасно ревел, метался туда-сюда по дороге, словно пытаясь оставить позади всепожирающее пламя, а остальные участники движения разъезжались, чтобы убраться с его пути.
Грузовик взорвался огромным огненным шаром; и через мгновение с неба посыпались куски горелого мяса. Я опустил боковое стекло и глубоко вдохнул, чтобы насладиться запахом. Получайте удовольствие там, где вы можете его найти, вот что я скажу.

• • •

Наконец Сил остановилась возле Литературного Аукционного Дома, в лучшем деловом районе Тёмной Стороны, и выехала прямо на тротуар, чтобы припарковаться, будучи уверенной, что никто не будет оспаривать её право находиться здесь. Она открыла мне дверь, и я вышел.
Я улучил момент, чтобы поправить свой фиолетовый плащ и убедиться, что моя шляпа лежит под правильным углом.
Очень важно произвести правильное первое впечатление, когда вы собираетесь войти туда, где вам не будут рады… Где вы наверняка создадите массу проблем и почти наверняка будете выбивать из людей важную информацию.
Литературный Аукционный Дом - это, то место, куда стоит обращаться, если вы хотите заполучить в свои руки действительно редкие книги. Не только “Некрономикон” или “Король в Жёлтом”. Я говорю о тех книгах, которые никогда не появляются на обычных аукционах.
Такие книги, как: “Евангелие от Марии Магдалины”, “Правдивая и Ужасная История Старого Рынка Душ при Парламенте” и “101 вещь, которую вы можете получить в дар, если принесёте правильные кровавые жертвоприношения”. Все скрытые истины и тайные знания, о которых Они не хотят, чтобы вы знали. И как правило, на это есть причина.
Я вошёл через открытую дверь, и два дежурных - охранника, взглянули на меня, разрыдались и убежали прятаться в туалет.
Не такая уж необычная реакция, когда дело касается меня. Внутри главного аукционного зала стояли обычные - необычные подозрительные субъекты, наслаждаясь бесплатным шампанским и изучая глянцевые каталоги в ожидании начала торгов.
Я схватил бокал шампанского, осушил его одним глотком, а затем его выбросил. Я никогда не беспокоюсь о домашнем хозяйстве. Даже мои специальные таблетки не могут пробудить к этому интерес. Здесь были тарелки с обычными закусками и деликатесами, а также с разнообразными лакомствами, так что я набил карманы плаща, на потом. И только тогда я задумчиво вгляделся в толпу, выделил несколько знакомых лиц и направился прямо к ним. Улыбаюсь своей самой тревожной улыбкой, чтобы дать им понять, что я здесь не просто так и не уйду, пока не добьюсь своего.
Там присутствовала Деливеранс Уайлд (Избавитель), модный консультант и гламурный гуру стиля, фейри Неблагого Двора - Унсили; высокая, темнокожая и шумная, в изящно сшитом на заказ костюме ослепительно ярко-жёлтого цвета. Джеки Злорадство, эмоциональный наркоман, носил форму гестапо и звезду Давида, чтобы подпитываться от противоречивых эмоций, которые они вызывали. И Гримированный Упырь, пресловутый полуночный Клоун, в своей мешковатой одежде и убогом гриме. Кидалы и мошенники, мелкие знаменитости и наймиты, люди, которые знают вещи и людей, которых они не должны бы знать.
При моём приближении все они встали чуть ближе друг к другу, для взаимной поддержки перед лицом общей угрозы. Возможно, это и сработало бы с любым другим. Я остановился прямо перед ними, засунул руки глубоко в карманы плаща и покачался взад-вперёд на каблуках, рассматривая их, не торопясь.
- Вам кое-что известно, и я хочу это знать, - громко объявил я. - И чем быстрее вы мне это расскажете, тем быстрее я уйду и оставлю вас в покое. Разве это не здорово?
- Мы можем узнать, что бы вы хотели узнать? - спросила Деливеранс Уайлд, изо всех сил стараясь смотреть на меня свысока.
- Вам нужна книга? - спросил Гримированный Упырь, широко улыбаясь, чтобы показать свои острые зубы. - У меня есть книги, которые заставят вас смеяться до кровавой рвоты. Всё противоестественное, с добавлением сладостей, посыпанных цианидом…
Он замолчал, когда я посмотрел на него, улыбка померкла на его раскрашенном лице. Джеки Злорадство вставил монокль в глаз.
- Что вам нужно, Мёртвый Мальчик? Пожалуйста, будьте добры, скажите нам, чтобы мы могли отдать это в ваши недостойные руки и избавиться от вас.
- Краусс, - сказал я. - Здесь есть человек по фамилии Краусс, и он мне нужен.
- А этот, - сказала Деливеранс Уайлд, заметно расслабившись. - Не знаю, зачем он вам, но я с радостью брошу его львам. Заберите его, сделайте нам всем одолжение.
- Почему? - спросил я. - Кто он такой?
- Вы не знаете? - сказал Джек Злорадство. - Краусс - Паршивый Библиотекарь. Книготорговец. Специализируется на весьма опасных книгах, полных опасных знаний.
- Такого никто в здравом уме не захотел бы, - сказал Гримированный Упырь, хихикая. - Все ужасные вещи, которые люди могут делать с людьми. Обычно с иллюстрациями. Хе-хе.
Я медленно кивнул. Я знал, какую книгу они имели в виду. После того, как я вернулся из мёртвых и обнаружил, что застрял в своём теле, я провёл много исследований своего состояния во многих странных библиотеках Тёмной Стороны. Я знаю больше о различных формах смерти и жизни после смерти, чем большинство людей. Я приобрёл некоторые более чем эзотерические материалы для своих исследований у таких людей, как Краусс.
- Краусс - источник плохой информации, - сказала Деливеранс Уайлд, приняв мою задумчивость за нерешительность. - Он занимается книгами, которые научат вас открывать двери в иные измерения и впускать тварей извне. Книги, которые научат вас - как создать Ад. Буквально. Книжный эквивалент ранцевой ядерной бомбы.
- Книги, полные тайн Рая и Ада, - сказал Джеки Злорадство. - И всего, что между ними.
- Удовольствия, что за пределами человеческого понимания, - сказал Гримированный Упырь, облизывая свои раскрашенные губы. - Практики, заставляющие демонов и ангелов кричать в ночи. Хе-хе.
- Знание истинной природы реальности, - сказала Деливеранс Уайлд. - Это то, что сводит людей с ума, потому что реальность не такая, как мы думаем, и никогда таковой не была. Забери его, будь добр, Мертвец. Именно такие книготорговцы, как Краусс, создают дурную славу таким людям, как мы.
- Где он?
Все трое указали в одном направлении. Но без особой уверенности.
Я направился прямо к Крауссу, и все по пути отступали, чтобы дать мне достаточно места. Краусс был невзрачным пожилым человеком в твидовом костюме с кожаными заплатками на локтях, в галстуке Старой Школы, на который он почти наверняка не имел права.
Он был настолько погружён в свой аукционный каталог, обводя предметы и делая пометки, что даже не заметил моего приближения, пока я не навис над ним. Он резко поднял голову, настороженный внезапной тишиной вокруг, и посмотрел на меня поверх золотого пенсне.
- Здравствуйте, - осторожно сказал он. - И чего желает великий мира сего - Мёртвый Мальчик от такого простого книготорговца, как я? Могу ли я быть полезен вам в ваших поисках? Может быть, какой-нибудь подходящий том о наслаждениях, которые можно обрести в мёртвой плоти? Что-то откровенное, о прелестях проклятых? Разумеется, удовлетворение и полная конфиденциальность гарантированы.
- Ты даже не узнаёшь меня, да? - сказал я.
- Конечно же узнаю, мой добрый сэр! Вы Мёртвый Мальчик! Все на Тёмной Стороне знают Мёртвого Мальчика.
- Ты только думаешь, что знаешь меня, - сказал я. - Но прошло тридцать с лишним лет с тех пор, как ты заплатил тройке молодых головорезов, чтобы они ограбили и убили меня в Проклятом ряду.
У него отвисла челюсть, и все краски исчезли с его лица. - Это были вы? Правда? Я не могу в это поверить… Я помог создать легендарного Мёртвого Мальчика? Для меня это большая честь!
- Едва ли, - сказал я.
Краусс слегка усмехнулся, расслабившись, теперь он думал, что знает, о чём идет речь. - Так, так… Я не могу поверить, что моё прошлое настигло меня после стольких лет…
Он аккуратно сунул свой каталог под мышку и оглядел меня с ног до головы, изучая результаты своей работы. - Я не занимался силовыми акциями ну.., должно быть, десятки лет! Да! Это была совсем другая жизнь… Тогда я был другим человеком.
- Я тоже, - сказал я. - Я был жив.
Его улыбка исчезла. - Но вы не можете винить меня за то, что я сделал, в далёком прошлом! Теперь я изменился!
- Я тоже, - сказал я. - Я мёртв. И меня это не радует.
- Что… Что вы от меня хотите? - сказал Краусс. - Я не знал… Я и понятия не имел…
- Кто тебе заплатил? - Кто нанял тебя, чтобы ты меня убрал? Я хочу знать, кто и почему. Тогда я был никем. Я не был кем-то особенным. Я был подростком.
Краусс поспешно пожал плечами. На его лице выступил пот. - Я никогда не интересовался причинами. Это было не моё дело. Я только помогал с наймом - вот что я делал! Я никогда не спрашивал её, почему, и она никогда не говорила.
- Она… Кто Она?
- Старая Вудуистка, - сказал Краусс. - Называла себя Матушкой Макабр. Жуткая старая летучая мышь. Не из тех, кому вы задаёте вопросы.
Он хотел сказать ещё что-то о том, что его нельзя винить за чьи-то дурные намерения, что он всего лишь оказал услугу, что если бы он этого не сделал, то сделал бы кто-то другой; но я уже не слушал.
Матушка Макабр - так звали старуху - ведьму - гадалку, которая уже более тридцати лет снабжала меня всеми этими особыми пилюлями и зельями. Может ли быть, что это одна и та же женщина?
Зачем ей платить за то, чтобы меня убили, а потом помогать мне? Чувство вины? Едва ли; только не на Тёмной Стороне. Это не имело смысла, но это должна была быть она. Именно из-за неё Уокер направил меня по этому пути.
Я посмотрел Крауссу в глаза, и он тут же замолчал. Он начал пятиться. Я опустил одну тяжёлую мёртвую руку на его плечо, чтобы удержать его на месте. Он вздрогнул от силы моей хватки и заскулил.
- Я помог вам стать таким, какой вы есть! - сказал он в отчаянии. - Я помог вам стать Мёртвым Мальчиком!
- Дай-ка я прикину, - сказал я. - Что же я чувствую по этому поводу?
Я резко сжал руку, и все кости его плеча разлетелись вдребезги. Он закричал. Я ударил его по голове. Вся левая сторона его лица вмялась, и его крик завяз в крови, заполнившей его горло. Я бил его, снова и снова, ломая его, бесстрастно наблюдая, как боль, ужас и кровь заливают лицо Краусса, потому что последняя пилюля действовала, но, я ничего не чувствовал. Я засунул одну руку глубоко в его грудь, сомкнул свои холодные, мёртвые пальцы вокруг его живого сердца и вырвал мышцу из его тела. Он упал на пол, несколько раз пнул ногой и затих. Я посмотрел на окровавленный кусок мяса в своей руке, а затем бросил его на пол.
Я убил человека, который организовал мою смерть, и это меня ничуть не тронуло. Я сел на окровавленный пол, поднял тело Краусса и обнял его, прижал к груди. Я по-прежнему ничего не чувствовал. Я отпустил его и снова встал. Я огляделся вокруг.
Даже закоренелые обитатели Тёмной Стороны были потрясены тем, что я сделал. Некоторые плакали, некоторых рвало. Я медленно улыбнулся.
- На что вы смотрите?
Мне было все равно; но мне нужно поддерживать репутацию.

• • •

Снаружи терпеливо ждала Сил. Она открыла мне дверь, а я достал тряпку из внутреннего отделения и оттёр кровь с рук. Ещё больше крови пропитало переднюю часть моего плаща, но это могло подождать. Мой плащ привычен к тяжёлым временам. Я сел на место водителя, дверь закрылась, и Сил снова отправилась в путь.
- Куда теперь? - сказала она.
- Просто покатайся немного, - сказал я. - И, потише, пожалуйста. Мне есть о чём подумать.
Она поехала дальше, проезжая по пылающим, освещённым неоном улицам, а я смотрел в пустоту и пытался осмыслить то, что узнал. Матушка Макабр, моя надежная старуха - Обэя, которая помогала мне сохранять то, что осталось от меня настоящего, более тридцати лет. Почему она хотела моей смерти? Тогда я был никем. Никем особенным. Какой такой цели могла послужить моя несчастная смерть? Мысли крутились в моей голове и ни к чему не приводили. Я не из великих мыслителей. Нет; лучше обратиться к первоисточнику и задать несколько очень важных вопросов, лично.
- Сил, - сказал я. - Отвези меня к Матушке Макабр. Отвези меня в Сад Запретных Плодов.

• • •

Сад Запретных Плодов можно найти недалеко от главного делового центра Тёмной Стороны. Это место, куда вы отправляетесь, когда вам хочется чего-то немного альтернативного всем обычным грехам и гнусностям.
Это место, где можно купить дурной подарок, например, растение-убийцу, которое подкрадётся к получателю, пока он спит. Или семена, которые вырастут в нечто действительно тревожное.
И весьма специфические наркотики, чтобы дать вам проблески рая и ада или вырвать душу прямо из вас. Если это растёт, если это плодоносит и цветёт неестественным образом, вы найдёте это в Саду Запретных Плодов.
Я сказал Сил ждать меня и вошёл в Сад через его вечно открытые двери. Это был просто длинный коридор, который казалось тянулся бесконечно, по сторонам которого располагались такие магазины и заведения, в которые вы входите только на свой страх и риск. Я бывал здесь уже множество раз, чтобы забрать свои особые пилюли и зелья у моего старого друга, Матушки Макабр. Иссохшая старая чёрная карга в своём маленьком убогом магазинчике, традиционный образ ведьмы вуду, которая улыбалась и хихикала, составляя мои наборы своими ловкими, длиннопалыми пальцами, и обеспечивала меня не только тем, что я мог себе позволить.
Только одного этого должно было хватить, чтобы подсказать мне, что что-то не так. На Тёмной Стороне просто так вы ничего не получите.
Я прошёл мимо маленького магазина садоводства с его витриной, полной щёлкающих растений, мимо филиала: “Общество Борджиа” (адская приправа, которую они ни за что не заметят в своей еде) и “Пекарня Миссис Ло́ветт” (сон без сновидений)-(вечный…) Я игнорировал вьющиеся растения у дверей магазинов, которые шипели на меня, когда я проходил мимо, или пели песни на языках, которые я не узнавал. Я игнорировал знакомые - горячие, влажные запахи сырой земли и растущих растений, одуряющие ароматы невероятных цветов и скрытую вонь от кровавой земли, от которой питались их корни. Я просто смотрел прямо перед собой, и все и вся в этом длинном коридоре отступали от меня, когда я проходил мимо. Пока, наконец, я не подошёл к единственной витрине, которая меня волновала, к той, которую я посещал уже много раз но никогда не задумывался. Полуночный особняк Матушки Макабр.
Я стоял у открытой двери. Это был, конечно, не какой-то особняк. Просто магазин. Тёмный, мрачный и более чем тесный. Здесь никогда ничего не выставлялось, а единственное окно смотрело в пустоту.
Завсегдатаи “Матушки Макабр” любят уединение. Я расправил плечи и приподнял подбородок. Никогда не позволяй им понять, что они причинили вам боль. Я вошёл в магазин, засунув руки глубоко в карманы плаща, чтобы никто не видел, что мои руки сжаты в кулаки.
Все выглядело так же, как и всегда. Ничего не изменилась, но я смотрел на всё это новыми глазами. Знакомые четыре стены, полки плотно заставленные герметично закрытыми банками и бутылками, наполненными всякой всячиной. Часть содержимого всё ещё двигалась. Всё было также, как и всегда. Корень Джона(Иоанна) Завоевателя; корень мандрагоры в звуконепроницаемых банках; клыки вампира, стучащие о внутреннюю поверхность стекла; все виды превосходного сырья на продажу, с цветными крышками, чтобы ассистент мог с первого взгляда отличить их друг от друга; и целый ряд миниатюрных голов с зашитыми ртами, чтобы они не кричали.
Все обычные сувениры, которыми не могут насытиться туристы.
А за прилавком, как всегда, высокая, молодая, крепко сложенная чернокожая женщина, одетая в лучшем гаитянском стиле, с афро и платком на голове, разговаривала на выразительном диалекте с парой туристов средних лет, раздумывающих над своими покупками. Её звали Красотка Краля, и горе тому, кто хоть приподнимет бровь…
Раньше она всегда была очень добра ко мне; но я не был уверен, что сейчас это спасёт её.
Я терпеливо ждал, пока она закончит с туристами. Они ушли довольные, с банкой, наполненной чем-то, что светилось гнилостным, мутным светом; я закрыл за ними дверь и перевернул табличку - надписью: ЗАКРЫТО.
Красотка с любопытством посмотрела на меня и начала что-то говорить на диалекте. Я поднял руку, и она остановилась.
- Пожалуйста, - сказал я. - Я не турист.
– Никто и не говорил тебе этого, дорогой, - сказала Красотка изысканным хорошо поставленным голосом своей очень дорогой школы.
- А теперь скажи на милость, что ты здесь делаешь? Я имею в виду, дорогой, ты же не мог всё прикончить. Просто умопомрачительная скорость. Ты ведь не должен поглощать их, как конфетки…
И тут она замерла, её голос затих. Должно быть, нечто было в моём лице, в моих глазах, потому что она стояла очень неподвижно за своим прилавком. Должно быть, у неё там имелись средства защиты, но у неё хватило здравого смысла не пытаться их использовать. Я улыбнулся ей, и она вздрогнула.
- Матушка Макабр, - сказал я. - Я к ней. Где она?
- Она только что, ушла, дорогой, - сказала Красотка. Она тяжело сглотнула. - Может, полчаса назад? Ты только что разминулся с ней… Это важно?
- Да, сказал я. - Не мешай, Красотка. Я готов поверить, что ты тут ни при чём. Занимайся своими делали.
Я прошёл мимо стойки и выбил дверь, ведущую в личный кабинет Матушки Макабр. Замок лопнул, прочная древесина треснула и рассыпалась.
Я выдрал куски из разбитой рамы и отбросил их в сторону. Должно быть, там были и магические средства защиты, потому что я почувствовал, как они проскочили по моей мёртвой коже, но они не могли воздействовать на меня. Красотка издала недовольный звук, но у неё хватило ума остаться за своим прилавком.
Личный кабинет выглядел весьма заурядно, по деловому. Я попробовал воспользоваться компьютером на её столе, но он был заблокирован. И даже я не могу запугать запароленный компьютер. Я проверил все ящики стола, лотки для входящих и исходящих, но все это была повседневная бумажная работа. Ничего интересного. Поэтому я разгромил весь офис, очень тщательно. Сделал заявление. Красотка робко наблюдала за этим из дверного проёма. Когда я голыми руками развалил тяжёлый деревянный стол, она издала несколько изысканных звуков страдания.
Когда я закончил, потому что больше нечего было ломать и уничтожать, я стоял и думал, что делать дальше и выдирал осколки из своих бесчувственных рук. Я резко посмотрел на Красотку, и она подпрыгнула, совсем чуть-чуть…
– Где сейчас может быть Матушка Макабр?
- Полагаю, она может быть в своём клубе, - тут же отозвалась Красотка. Любому другому она посоветовала бы отправиться в ад и даже добавила бы инструкцию по кратчайшему пути, но, я это я. - Она владеет частным клубом (Только для членов клуба) под названием: “Салон Вуду”. Знаешь?
- Я знаю об этом, - сказал я. - Я могу найти его.
- Нужно ли мне… позвонить? Дать ей знать, что ты придёшь?
- Если хочешь, - сказал я. - Это ничего не изменит. Я найду её, куда бы она ни отправилась.
- Почему? - спросила Красотка. - Что случилось? Что изменилось?
- Всё, - сказал я.

• • •

“Салон Вуду” - я слышал о нём. Это не то место, которое я хотел бы посетить, но оно очень популярно среди современной яркой молодёжи, что стремиться растранжирить своё наследство на новомодные острые ощущения. Вуду для интеллектуалов и кладбищенский ярд для тех, кто достаточно стар, чтобы знать и понимать…
Очень дорогой, очень эксклюзивный, очень труднодоступный для большинства людей. Я попросил Сил отвезти меня туда, и она не сказала ни слова. Мы ехали в молчании сквозь разъярённый поток машин, каждый из нас был погружён в свои собственные мысли. Я был близок к цели. Я это чувствовал.
Рядом со всеми ответами, которые я когда-либо хотел получить, и одним последним, осознанно неизбежным актом мести.
Сил остановился возле Салона Вуду. Я вышел и сказал ей, чтобы она подождала меня. Она не ответила. Она не сердилась и не осуждала, просто она знала, что лучше не разговаривать со мной, когда я в таком настроении.
У воскресших мертвецов не так много положительных качеств, но упрямство - определённо одно из них. У чёрных лакированных дверей, ведущих в “Салон Вуду”, дежурили два охранника. Очень крупные чернокожие джентльмены, с бритыми головами и в элегантных смокингах.
Я изобразил свою лучшую тревожную улыбку и пошёл прямо на них. Они знали, кто я, возможно, даже знали, почему я здесь, но ни один из них не поступил разумно и не убежал. Можно только восхищаться такой преданностью долгу. Они посмотрели на меня без выражения и переместились, чтобы встать чуть ближе друг к другу, преграждая мне путь ко входу.
- Только для членов клуба, сэр, - сказал тот, что слева.
- Никаких исключений, сэр, - сказал тот, что справа.
- У нас приказ не пускать вас.
- Любыми средствами.
- Иди своей дорогой, Мертвец.
- Тебя не приглашали, зомби.
Я позволил своей улыбке превратиться в ухмылку и стал сближаться. Один из них достал из кармана пачку соли и бросил содержимое мне в лицо. Соль - хорошая традиционная защита от зомби, но я всегда был превыше этого.
Другой охранник достал связку чеснока и сунул её мне в лицо. Я выхватил у него одну из луковиц, откусил хороший кусок, пожевал и выплюнул. Никакого вкуса. Вообще ничего. И пока я это делал, первый охранник достал пистолет и приставил дуло к моему лбу.
- Когда сомневаетесь, - спокойно сказал он, - действуйте по старинке. Стреляйте в голову.
Он нажал на спусковой крючок. Пуля пробила мой лоб, прошла через мой мёртвый мозг и вышла из затылка. Я слегка пошатнулся, но не перестал улыбаться.
Охранник с пистолетом заскулил, когда я выхватил пистолет из его руки и отбросил его в сторону.
- Это уже пробовали, - сказал я. - Мне придётся снова заделывать отверстие (чудодейственным) Парижским гипсом.
Я ударил охранника в лицо, разбив ему нос, рот и челюсть, а затем ударил другого охранника локтем сбоку по голове. Они оба упали и больше не поднялись. Обычно я бы потратил время на то, чтобы нанести им серьёзные повреждения, чтобы доказать свою правоту, но у меня на уме были более важные вещи. Я перешагнул через сокрушенных охранников, выбил чёрные лакированные двери и вошёл в “Салон Вуду”.

• • •

- Здравствуйте! громко сказал я, входя в прихожую. - Я здесь! Давайте, попробуйте свои силы! Сделайте всё возможное! Я всё выдержу!
Высокоуровневый защитник бесшумно бежал по коридору мне навстречу.
Невысокий, коренастый китаец, татуировки на одной стороне лица выдавали в нём боевого мага. Могущественная и пугающая фигура — для любого другого. Он подождал, пока не окажется почти рядом со мной, затем резко взмахнул рукой и выхватил из ниоткуда пылающий огненный шар. Вокруг его руки вспыхнуло яркое зелёное пламя, и он остановился на месте, чтобы направить его на меня. Изумрудный огонь охватил меня, как струя огнемёта. Но я уже поворачивался, и стоял к нему спиной; и обжигающее пламя ударилось о мой тёмно-фиолетовый плащ. Надо мной и вокруг меня грозно ревело пламя; но оно не могло меня коснуться. В своём мёртвом состоянии я даже не чувствовал жара. И когда пламя окончательно погасло, я выпрямился, повернулся и улыбнулся боевому магу.
- Я давным-давно сделал свой плащ огнеупорным, для подобных случаев, - сказал я.
И пока я говорил это, удерживая его внимание, я рванулся вперёд, выхватил из его руки нефритовый амулет огня, и повалил его на пол. Я слышал, как под ударами трещит его череп, но всё равно ударил его ещё несколько раз, для уверенности. Я стоял над ним и слушал, как пузырьки кровавой пены лопаются у него во рту и в носу, и ничего не чувствовал, совсем ничего.
Я оценил амулет огня - простое изделие из нефрита с золотым зрачком кошачьего глаза в сердцевине. Вы можете купить их на любом рынке Тёмной Стороны, хотя изучение соответствующих слов силы, чтобы заставить их работать, стоит дороже.
Я повертел амулет из стороны в сторону, восхищаясь качеством изготовления, затем произнёс нужные слова и воспламенил боевого мага. Его крики и звук пожирающего его пламени следовали за мной по коридору, когда я уходил.
Интерьер клуба был окрашен во все оттенки красного и фиолетового. Это было похоже на прогулку по внутренностям чьего-то тела. В воздухе витали запахи горелого мяса и пролитой крови, а также все виды дымов нелегальных курилен.
Запахи настолько тяжёлые, что даже я смог их уловить. Воздух был горячим и влажным, и по моему лицу потекли крупные бисеринки конденсата. Я не чувствовал ни тепла, ни влаги; Я заметил их только тогда, когда они упали и запятнали мой плащ. Действие пилюль и зелий закончилось, и мне было трудно что-либо чувствовать.
По обе стороны коридора были двери, ведущие в приватные комнаты, для приватных страстей. Я задумчиво рассматривал их. Возможно, мне станет легче, если я выбью двери и посмотрю, что происходит за ними.
Это может заставить меня почувствовать хоть что-то… Но затем до меня донёсся голос, через какой-то скрытый динамик: “Сюда” - “Иди прямо”. “Заходи ко мне в гостиную, Мёртвый Мальчик, и мы поговорим”. “Я так долго ждала тебя”.
Спокойный, уверенный женский голос. Не похоже на мою Матушку Макабр. Я шёл вперёд, в чрево зверя, в ловушку, которая была приготовлена для меня. И холод в моём мёртвом сердце был холодом тёмного и праведного гнева.

• • •

Мне не потребовалось много времени, чтобы дойти до двери в конце коридора. Она стояла чуть приоткрытая, манящая. Я проскочил через неё, едва не сорвав дверь с петель, и вот я уже в гостиной.
Дом утех Матушки Макабр был более чем комфортабельным, он изобиловал всевозможной роскошью и удовольствиями, всё о чём вы мечтали и о чём вы даже не имели представления… Столы уставленные напитками, чаши с таблетками и порошками, игрушки-безделушки, способные удовлетворить самые изнеженные сексуальные вкусы - воплощённый декаданс. Всё для яркой молодежи.., они сидели в креслах, полулежали на тахтах и диванчиках или валялись счастливо хихикая, на ворсистом ковре.
Молодые леди и джентльмены из богатых, влиятельных семей со связями, ещё достаточно молодые, чтобы верить, что за деньги можно купить удовлетворение, или по крайней мере, достаточно удовольствия, чтобы убедить себя в том, что ты счастлив.
Транжирить деньги родителей, их влияние, на новомодные штучки и дурь, на что-то тёмное и опасное, достаточное для того, чтобы ощутить собственную значимость. Они смотрели меня пустыми глазами; бессмысленными улыбками, и с едва различимым любопытством.
И дюжина или около того обнажённых мужских и женских тел, стояли по периметру салона, для удовлетворения всевозможных потребностей и прихотей молодых людей, и все они несомненно были мертвы. Прекрасная сохранность, и даже приятные на вид; Но достаточно было взглянуть на их лица, чтобы понять, что дома никого нет. Они не были мертвы, как я, они были всего лишь ожившими телами, движимыми чьей-то волей.
Они меня не интересовали. Я перевёл взгляд на хозяйку салона, гордо и презрительно восседавшую на своём возвышенном троне, как паук в сердцевине своей паутины.
Матушка Макабр, непринуждённо сидела на троне, изготовленном из человеческих черепов. Кости были такими старыми, что из жёлто-слоновых выцвели и стали грязно-коричневыми, местами кости были запятнаны старой засохшей кровью.
На сиденье, конечно же, лежала подушечка. Традиции, стиль и правильное впечатление - это всё хорошо, но главное - это комфорт.
Матушка Макабр выглядела так же, как и всегда: иссохшая старая чёрная карга в потрёпанной этнической одежде. Глубоко запавшие глаза и широкая улыбка, демонстрирующая отсутствующие зубы. Очень аутентично. Но я больше не верил в это. Я сосредоточился, и взглянул на неё взглядом мертвеца, потому что мёртвые могут видеть многое, то, что сокрыто от живых. И тогда иллюзия поблекла. И под всем напускным гламуром проступили черты обычной чернокожей бизнесвумен, средних лет, аккуратной и опрятной в элегантном деловом костюме, её ухоженные руки спокойно лежали на коленях.
- Долго же ты соображал, - сказала она. - Госпожа Макабр - это всего лишь торговый Бренд. Передаётся из поколения в поколение, вместе с ремеслом и внешним видом; ведь именно этого хотят люди, когда имеют дело с ведьмой вуду. До меня было много Матерей Макабр, и, несомненно, они будут и после меня. Это очень выгодное ремесло. Потому, что потребность в таких женщинах, как мы, будет существовать всегда. Но я это я… Ты должен чувствовать себя польщённым, Мёртвый Мальчик. Не многим выпадает честь видеть моё истинное лицо.
- Польщён, - сказал я. - Да. Несомненно. Скажи мне. С кем я на самом деле заключил сделку?
- Ты и это понял, Мёртвый Мальчик. - Прекрасно! Да; Боюсь, что твои воспоминания о том, что произошло после твоей смерти, такая же фальшивка, как и всё прочее.
Ты думал, что заключили сделку с одним из вуду-лоа, госпожой Эрзули; но всё, что ты видел и пережил, исходило от меня. Шоу, которое я устроила, чтобы отвлечь тебя, пока я занималась мерзкими, отвратительными, но необходимыми вещами, для того, чтобы ты восстал из мёртвых. Все это было иллюзией, очередной маской. Только я. Это всегда была я.
- Почему? - спросил я.
И, должно быть, что-то было в моём голосе, потому что все в салоне перестали улыбаться и посмотрели на меня. Даже Матушка Макабр на своём троне из черепов взяла паузу, прежде чем ответить мне. Я смотрел на неё немигающими глазами, и она неуютно заерзала на своём троне.
- Почему? - Потому что мне нужен был кто-то для экспериментов! Неважно кто. Это мог быть ты, мог быть кто угодно. Я унаследовала дело “Матери Макабр”, унаследовала его от своей матери - после того, как убила её. Она была такой старомодной, что не могла увидеть потенциал в бизнесе, который видела я… В общем, у меня были все эти чудесные идеи новых пилюль и зелий, но мне нужен был кто-то, на ком я могла бы их испытать, прежде чем представить широкой аудитории. Мне нужен был кто-то молодой, сильный и жизнелюбивый, новичок на Тёмной Стороне, без друзей и защитников.
Я выбрала тебя совершенно случайно и заплатила за то, чтобы тебя убили. А потом я вернула тебя обратно, чтобы ты стал моим подопытным. Ты принимал всё, что я давала тебе, каждый новый препарат, каждое новое снадобье, которое я придумывала, и ты ни разу ни в чём не усомнился. И поскольку именно я, мои знания вернули тебя, у твоего тела не было от меня секретов. Я изучала тебя с безопасного расстояния все эти годы… О, чему я при этом только ни научилась! Ты даже не представляешь, какие деньги я сделала на тебе, за эти годы!
- Всё, чем я был и что делал, - сказал я. - И всё это время я был всего лишь твоей лабораторной крысой.
- Вообще-то нет, - сказала Матушка Макабр. - Ты превзошёл все мои ожидания. Мне просто было интересно наблюдать, что произойдёт, если я запру живую душу в мёртвом теле, но ты превратил себя в легендарного, печально известного Мертвеца! Ты должен гордиться тем, чего достиг!
- Гордость, - сказал я. - Да. Это то, что я сейчас чувствую.
Матушка Макабр неуверенно посмотрела на меня, не в силах прочитать ни мое мёртвое лицо, ни мой мёртвый голос. - Тебе не стоит принимать это близко к сердцу, Мёртвый Мальчик. Это всего лишь бизнес…
- Это была моя жизнь! - громко сказал я.
Она улыбнулась. - Не то чтобы ты хоть как-то реализовал себя.
- Я бы сделал всё возможное - сказал я. - Я бы мог.., много кем стать, а ты отняла это у меня.
– Ни один из них не был бы столь же важен или интересен, как Мёртвый Мальчик. Матушка Макабр откинулась на спинку трона, как будто ей надоел или наскучил этот разговор. - Какое значение имеет твоя жизнь или твоя смерть там, где можно было сколотить состояние? Нужно было делать дело! Всё дело в плотских удовольствиях. Контролируйте их и вы получите контроль над живыми и мёртвыми…
Она с нежностью посмотрела на молодых людей, рассеянных по её гостиной. - Мои прекрасные леди и джентльмены. Я даю им то, что, по их мнению, они хотят, и забираю у них всё… И когда они умирают… Я снова поднимаю их, чтобы они служили мне. Из мёртвых всегда получаются превосходные слуги. Никаких посторонних мыслей и пререканий, никаких выходных. Из мёртвых получаются самые лучшие любовники, потому что они ваши, - навсегда.
Она жестом подозвала обнажённого мужчину и обнажённую женщину, и они вышли вперёд, чтобы погладить её лицо и шею своими прохладными, мёртвыми руками. Она счастливо улыбнулась.
- Они ничего не чувствуют. Всё удовольствие - моё… Я никогда не любила делиться. Я знала, что ты придёшь за мной, Мертвец. Я знала это с того момента, как ты убил бедного старого Краусса. Я могла уничтожить тебя в любой точке твоего маршрута, но я хотела, чтобы ты был здесь, чтобы я могла наблюдать, как это происходит непосредственно у меня на глазах. У меня есть право уничтожить тебя, потому что я создала тебя. Ты принадлежишь мне. И всегда принадлежал. А когда ты уйдёшь, я сделаю ещё одного Мёртвого Мальчика.
Она щёлкнула пальцами, и все мертвецы, все мёртвые мужчины и женщины в салоне повернули головы, чтобы посмотреть на меня. А затем они пошли вперёд, холодные и непримиримые, как сама смерть. Все они так же сильны, как и я, и так же способны принять на себя кару. Они тянулись ко мне своими мёртвыми руками, а юные леди и джентльмены смеялись и показывали пальцами, наслаждаясь зрелищем. Я огляделся. Путь к единственной двери оказался заблокирован, и я был явно в меньшинстве. Так что.., если сомневаешься, - мухлюй. Я полез в карман и достал нефритовый амулет огня, который забрал у предыдущего владельца. Я сказал правильные слова и воспламенил всех мёртвых мужчин и женщин. Они вспыхнули ярко-зелёным пламенем, вспыхнули с яростным жаром, который в мгновение ока поглотил их плоть. Они шли до тех пор пока могли, слепо тянули руки сквозь пламя, натыкаясь на мебель и оборудование и всё это вспыхивало. Они даже воспламенили одежду группы Ярких Молодых Созданий. Большинство из них просто сидели на своих местах, смотрели, как пламя пожирает их, и смеялись. Счастливо хихикая, они умерли так же глупо, как и жили.
Матушка Макабр бросилась к двери, как только её слуги начали гореть, но я успел раньше. Я обнял её своими мёртвыми руками и прижал к себе, почти нежно. Она била меня кулаками, но я не чувствовал их, и она не была достаточно сильна, чтобы причинить мне какой-либо вред. Я держал её со всей своей мёртвой силой и она не могла вырваться. Теперь вся гостиная горела, сжигая живых и мёртвых, а воздух был полон густого чёрного дыма.
- Ты должен отпустить меня! - взвизгнула Матушка Макабр. - Если мы останемся здесь, то мы умрём! Этого огня достаточно, чтобы уничтожить даже тебя!
- Ты так говоришь, как будто это плохо, - сказал я. - Я устал. Я хочу отдохнуть. Это стоит того, чтобы умереть здесь, если я буду уверен, что заберу тебя с собой.
Благодаря тебе я не чувствую ничего из того, что чувствуют живые, но, пусть я мёртв, я всё ещё могу что-то чувствовать, даже без твоих специальных пилюль. Я смотрю, как ты умираешь, Матушка Макабр, и это чувство.., так прекрасно…
- Я могу сделать для тебя новые пилюли, новые зелья! - сказала Матушка Макабр в отчаянии. - Я могу заставить тебя почувствовать всё то, что ты чувствовал раньше!
- Возможно. Но что у меня есть такого, ради чего стоит жить?
И тут мы оба оглянулись, когда серия взрывов потрясла фасад здания. Раздался звук выстрелов из энергетического оружия, и серия звуков чего-то большого, тяжёлого и очень решительного, пробивающегося сквозь стены, нечто двигалось по направлению к нам. И тогда я улыбнулся. Я посмотрел на дверь, всё ещё крепко держась за отчаянно сопротивляющуюся Матушку Макабр; и моя футуристическая машина влетела через дверь в салон, прихватив с собой половину стены. Она остановилась передо мной, её сверкающее сталью и серебром тело совершенно не пострадало от всех тех разрушений, которые она устроила.
И пока я смотрел и улыбался… Матушка Макабр наблюдала за ней с широко раскрытыми глазами и ртом.., моя машина поднималась и трансмогрифицировалась, принимая совершенно новую форму, пока моя Сил не предстала передо мной.
Высокая, пышногрудая женщина в классической мини-юбке, с вырезом на бедре, достаточно высоким, чтобы открыть штрих-код и уведомление об авторских правах, нанесённое на её великолепную левую ягодицу. Её вьющиеся стальные волосы были полны искрящихся статических разрядов, а глаза были серебристыми, и она была Женщиной. Моей женщиной…
– Незачем жить милый? – уточнила Сил. – Как насчёт меня?
- Ты подслушивала, - сказал я, слегка укоризненно.
- Ты, задерживался.., - сказала Сил. - И я стала обеспокоиться… Ты всегда перегибаешь палку, когда уходишь слишком далеко в темноту. Ты забываешь, что есть другие чувства, другие удовольствия, помимо мести.
- Конечно, - сказал я. - Ты абсолютно права. Ты всегда была моей лучшей половинкой. Мне никогда не нужны были пилюли, чтобы чувствовать то, что я чувствую к тебе.
- Что это такое чёрт побери? - воскликнула Матушка Макабр, с ужасом глядя на Сил.
- Я - секс-дройд из двадцать третьего века, - гордо заявила Сил. - С полными возможностями транс-морфа! Она бросила на меня пылающий взгляд. - Я всегда любила свою работу. Потребовался не один человек, чтобы сменить моё имя на Кремниевую Лилию. Но я никогда не встречала таких, как ты, мой милый Мёртвый Мальчик. И я не позволю тебе умереть вместе с ней. Она того не стоит.
- Согласен, - сказал я. - Ты как всегда права. Ради тебя стоит жить, насколько это в моих силах… Но… Я не могу просто уйти отсюда и позволить ей избежать наказания за то, что она сделала со мной.
- И не нужно, - сказала Сил.
Она подняла руку и преобразовала её в светящееся энергетическое оружие. Она выстрелила Матушке Макабр в лицо, - разнесла ей голову. Я отпустил безголовое тело, и оно рухнуло на пол, продолжая дёргаться. Одной рукой я смахнул кровь и мозги с лица и плеча, затем коротко кивнул Сил. Она всегда может сделать то, что я не могу.
Она импульсивно рванулась вперёд, отбросив свою человеческую форму, превратившись в волну серебристого металла, которая пронеслась прямо надо мной. Она обернулась вокруг меня, как броня, покрывая меня с головы до ног. Обнимая меня и одновременно защищая. И вместе мы вышли из горящего здания.

• • •

Снаружи нас ждал Уокер, наблюдал за тем, как горит здание. Он едва заметно повёл бровью, когда Сил отделилась от меня и вернулась к человеческому облику. Она стояла рядом со мной, как Кремниевая Лили; я вежливо кивнул Уокеру. Он приподнял свой котелок, приветствуя нас.
- Матушка Макабр захотела прыгнуть выше своей головы, - легкомысленно сказал Уокер. - Но я не мог прийти за ней, из-за её связей… Поэтому я указал тебе на неё. Молодец, Мёртвый Мальчик. Отличная работа.
- Как давно вы знакомы? - спросил я. - Как давно вы знаете правду обо мне, и Крауссе, и Матушке Макабр?
- Я знаю всё, - сказал Уокер. - Припоминаешь?
Он снова улыбнулся, очень вежливо, и ушёл. Мы с Сил отвернулись, чтобы посмотреть, как горит Салон Вуду.
- Как же мне теперь быть с моими специальными пилюлями и зельями?
- Всегда найдется кто-то, ответила Сил. - Это Тёмная Сторона.
- И то верно, - сказал я. - Если вы хотите оставаться проклятым, то это очень подходящее для этого место. Я долго смотрел на неё. - Даже с моими пилюлями требуется нечто большее, чем обычная женщина, чтобы разжечь огонь в моей мёртвой плоти.
- Хорошо, что я не обычная женщина, - сказала Кремниевая Лилия. - Я - дройд удовольствия; и я очень люблю свою работу! Приятно знать, что я могу поднять.., даже мёртвого.
- Как же мне любить тебя? - Если у меня больше не будет сердца?
- У меня тоже нет сердца, - сказала Сил. - Не имеет значения. Любовь это порождение души.
- Есть ли у нас душа? - сказал я.
Она обняла меня. - А ты как думаешь?
Это нелегко - иметь сексуальную жизнь, когда ты мёртв. Но это возможно.
- Как ты себя чувствуешь? – уточнила Сил.
- Я чувствую себя… превосходно, - сказал я.

–––—

Перевод: RP55 RP55
Ноябрь 2021
P.S. №2 ( от переводчика )
По поводу меча: “Рыцарь трудного дня” - Экскалибур… “лезвие, пяти, или может быть  шесть футов длиной”…
- Да как же это возможно..!
“Я чувствовал присутствие Экскалибура, как щит за моей спиной, который никогда не сможет пробить никакое оружие.”
“Кто-то мне сказал: - “Это не то, что мы думаем и никогда им не было.”
Это нечто, что все воспринимают, как меч - поэтому Джон, который смотрит.., не может точно оценить длину меча. Ведь по сути это продолжение - Воплощениелемент Владычицы Озера… Часть её силы.
Это не изделие Людей, не изделие мифических Детей Тумана; Это элемент Матери Земли. - такой же как: Огонь или Вода.